какой ваш любимый стих? может из классики?

меня еще в школе очень впеччатлило стихотворение,тема была Ждать..
Так ждать, чтоб даже память вымерла,

Чтоб стал непроходимым день,

Чтоб умирать при милом имени

И догонять чужую тень,

Чтоб не довериться и зеркалу,

Чтоб от подушки утаить,

Чтоб свет своей любви и верности

Зарыть, запрятать, затемнить,

Чтоб пальцы невзначай не хрустнули,

Чтоб вздох и тот зажать в руке.

Так ждать, чтоб, мертвый, он почувствовал Горячий ветер на щеке.

Сжала руки под тёмной вуалью...
’Отчего ты сегодня бледна?’
- Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: ’Шутка
Всё, что было. Уйдешь, я умру.’
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: ’Не стой на ветру’.

Анна Ахматова

гарно

Там не только дети. Она всех использовала. Кто не мог ее содержать или давать денег по каким-либо причинам - оскорбляла и упрекала в ’свинстве’. Подлая, эгоцентричная самка. Вот только небольшой эпизод https://laykni.com/kak-ne-nuzhno-pomogat-lyudyam-a...

А сестри! сестри! Горе вам,

Мої голубки молодії,

Для кого в світі живете?

Ви в наймах виросли чужії,

У наймах коси побіліють,

У наймах, сестри, й умрете!

Правда ваше любимое? по-моему ужасное стихотворение, просто отврат. Речь какая, дайте развидеть.

Какая сила в маленькой руке!
Малыш, едва переступают ножки,
Он весь мой мир, зажатый в кулаке, шагающий со мною по дорожке.
И я, имеющая стаж и дом,
Друзей и грамоты, авансы и получки.. . Сейчас иду и думаю о том,
что нет опоры, крепче этой ручки!!!

Письмо Татьяны к Онегину,А.С. Пушкин

знаю только этот отрывок,но помню со школы,в душу запал
Я к вам пишу — чего же боле?
Что я могу ещё сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.
Но вы, к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня.
Сначала я молчать хотела;
Поверьте: моего стыда
Вы не узнали б никогда,
Когда б надежду я имела
Хоть редко, хоть в неделю раз
В деревне нашей видеть вас,
Чтоб только слышать ваши речи,
Вам слово молвить, и потом
Всё думать, думать об одном
И день и ночь до новой встречи.
Но, говорят, вы нелюдим;
В глуши, в деревне всё вам скучно,
А мы... ничем мы не блестим,
Хоть вам и рады простодушно.

Зачем вы посетили нас?
В глуши забытого селенья
Я никогда не знала б вас,
Не знала б горького мученья.
Души неопытной волненья
Смирив со временем (как знать?),
По сердцу я нашла бы друга,
Была бы верная супруга
И добродетельная мать.

Высоцкий ,, Я не люблю,,, и Роберт Рождественский ,, Равнодушным,, ( хоть и немного перегнул))




Равнодушные
любых профессий
религий
и языков,
представители древних династий
и беспородные,
будьте прокляты,
ныне, и присно,
и во веки веков!
Я желаю вам абсолютно искренне:
будьте прокляты!
В час,
когда земля примеривается
к новой войне,
когда ломятся склады от бомб
и ракеты в небо вгрызаются,
’Наше дело маленькое... — шепчете вы, —
Мы — в стороне...
Мы не вмешиваемся ни во что...
Нас не касается...’
Я не знаю,
как взбудоражить вас
в недрах ваших квартир,
чем растревожить,
какими такими дустами?
Но знаю,
что, если завтра
погибнет
мир,
он погибнет
только по вашей вине,
равнодушные!
И за то, что вы равнодушны
к стонам чужим и словам,
я желаю яростно,
желаю истово и навязчиво,
чтобы сделалось
лично вам,
персонально вам
сегодня же
больно
по-настоящему!
Я хочу, чтобы вы оставались
самими собой,
но чтоб в каждой клетке вашего тела
темно и разбойно
колыхалась боль,
клокотала боль,
извивалась боль!
Чтоб —
молчать было больно!
И чтобы —
стонать было больно!..
Я желаю,
чтоб в ваших глазах
пошатнулся свет,
чтоб наполнились ужасом
ваши секунды и месяцы.
И чтоб вы кричали: ’Спасите!!’ —
а люди в ответ
пожимали плечами:
’Мы ни во что не вмешиваемся...’
Я хочу,
чтоб судьба стояла у ваших дверей
и смотрела бы, усмехаясь,
что с вами делается...
И да сбудется
это проклятье
как можно скорей!
Пока есть время.
Пока еще мир живет и надеется.

И ещё
РОБЕРТ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ «УБИЛИ ПАРНЯ»
Убили парня
за здорово живёшь.
За просто так.
Спокойно.
Как в игре...
И было это
не за тыщу вёрст
от города.
А рядом.
Во дворе.
Ещё пылали окна...
Между тем
он так кричал,
прижав ладонь к груди,
как будто накричаться захотел
за долгое молчанье впереди...
Крик
жил отдельно!
Вырастал стеной.
Карабкался,
обрушивался с крыш.
Растерзанный,
отчаянный,
больной.
нечеловечески огромный
крик!
Он тёк по трубам,
полз по этажам,
подвалы заполнял и чердаки.
Он ошалело тыкался в звонки!
Ломился в двери
и в замках визжал!..
И воздух был почти воспламенён.
И сигаретки
прыгали у рта:
’Вот если бы не вечером,
а днём...’
’Вот если бы на фронте, -
я б тогда...’
И всё.
И только молний пересверк.
И всё
И не остановился
век...

Какое это чудо -
человек!
Какая
это
мерзость -
человек!

Чого являєшся мені

У сні?

Чого звертаєш ти до мене

Чудові очі ті ясні,

Сумні,

Немов криниці дно студене?

Чому уста твої німі?

Який докір, яке страждання,

Яке несповнене бажання

На них, мов зарево червоне,

Займається і знову тоне

У тьмі?

Чого являєшся мені

У сні?

В житті ти мною згордувала,

Моє ти серце надірвала,

Із нього визвала одні

Оті ридання голосні –

Пісні.

В житті мене ти й знать не знаєш,

Ідеш по вулиці – минаєш,

Вклонюся – навіть не зирнеш

І головою не кивнеш,

Хоч знаєш, знаєш, добре знаєш,

Як я люблю тебе без тями,

Як мучусь довгими ночами

І як літа вже за літами

Свій біль, свій жаль, свої пісні

У серці здавлюю на дні.

О, ні!

Являйся, зіронько, мені

Хоч в сні!

В житті мені весь вік тужити –

Не жити.

Так най те серце, що в турботі,

Неначе перла у болоті,

Марніє, в’яне, засиха, –

Хоч в сні на вид твій оживає,

Хоч в жалощах живіше грає,

По-людськи вільно віддиха,

І того дива золотого

Зазнає, щастя молодого,

Бажаного, страшного того

Гріха!

Эдуард Асадов ’Стихи о рыжей дворняге’

...Он за час до рассвета встает
И на цыпочках в кухню спешит.
Быстро моет посуду, пол трет,
Гладко бреется в полной тиши,
Варит кофе, оладьи печет,
Чтоб торжественно милой подать...

А в итоге ее будит кот,
Наблевавший тюльпаном в кровать. (с) Volha

Сутки с тобою,
месяцы — врозь...
Спервоначалу
так повелось.
Уходишь, приходишь,
и снова,
и снова прощаешься,
то в слезы, то в сны
превращаешься,
и снова я жду,
как во веки веков
из плаванья женщины ждут
моряков.
Жду утром, и в полдень,
и ночью сырой,
и вдруг ты однажды
стучишься: — Открой!—
Тепла, тяжела
дорогая рука...
...А годы летят,
как летят облака,
летят-пролетают,
как листья, как снег...
Мы вместе — навек.
В разлуке — навек.

В. Тушнова

Октябрь. Парк. Скамейка. Два мужчины.
Один — старик, второму двадцать три.
Наверно у судьбы нашлись причины,
чтоб встретились сегодня их пути.

Старик смотрел, как листья опадают,
молчал.и только кашлял иногда.
А парень прокричал по телефону
не очень уж приятные слова:

«Я ухожу. устал я от истерик!
Твоя любовь, как к горлу острый нож.
Мне ревность и скандалы надоели.
А ты!.. легко замену мне найдешь!»

— Красивая? — спросил старик чуть слышно.
— Красивая, но дура! — тот сказал.
— Любимая? — старик с груди, как выжал.
— Любимей не бывает! — отвечал.

— Зачем… скажи, сынок… зачем тогда?!
Вот… я сижу, а рядом ее нет!
Она ушла из жизни навсегда!
Все думаю… зачем мне этот свет?
А обещала, что умрем то вместе,
в одной постели, в час один и в день.
Солгала та, что не любила лести!
Одна ушла… а я теперь, как тень.
Мы столько с ней прошли: болезни, голод,
детей подняли через нищету.
Все жду… что она сядет на скамейку.
Я жить без нее просто не могу!
Она б сейчас ругалась, что без шапки,
и что лекарство выпить вновь забыл.
Она была такая скандалистка!
Но.как же сильно я ее любил…

Он встал с скамейки медленно, шагами
вдоль по аллее тихо уходил.
А парень обгонял его рывками,
и на ходу ей снова позвонил:

«Люблю…ты слышишь, вредина, люблю!
Бороться я привык с тобой, не лень!
Я жить с тобой до старости хочу!
И умереть… в один и тот же день!»

Все важные фразы должны быть тихими,
Все фото с родными всегда нерезкие.
Самые странные люди всегда великие,
А причины для счастья всегда невеские.

Самое честное слышишь на кухне ночью,
Ведь если о чувствах — не по телефону,
А если уж плакать, так выть по-волчьи,
Чтоб тоскливым эхом на полрайона.

Любимые песни — все хриплым голосом,
Все стихи любимые — неизвестные.
Все наглые люди всегда ничтожества,
А все близкие люди всегда не местные.

Все важные встречи всегда случайные.
Самые верные подданные — предатели,
Веселые клоуны — все печальные,
А упрямые скептики — все мечтатели.

Если дом уютный — не замок точно,
А квартирка старенькая в Одессе.
Если с кем связаться — навеки, прочно.
Пусть сейчас не так все, но ты надейся!

Да, сейчас иначе, но верь, мы сбудемся,
Если уж менять, так всю жизнь по-новому.
То, что самое важное, не забудется,
А гениальные мысли всегда бредовые.

Кто ненужных вычеркнул, те свободные,
Нужно отпускать, с кем вы слишком разные.
Ведь если настроение не новогоднее,
Значит, точно не с теми празднуешь.

© Ок Мельникова

ну же, милая, улыбнись, ты теперь жива,

надо было сразу тебе меня прожевать.

только ты ведь насквозь мной была прожжена,

словно Ева обнажена.

как тебя я измучил, милая, измотал,

словно не сердце внутри тебя, а металл.

просто я до тебя выдохся и устал,

потому и любовь твою освистал.

ты пришла со своим ’пожалуйста, не губи’,

до чего же паршиво, наверное, так любить.

я не знаю - в груди у меня пенопласт.

потому и любовь была для меня балласт.

ты была так счастлива, так проста.;

я - боялся быть каменным перестать,

знал, что надо бы душу мне распластать,

но не стал.

понимаешь, милая, я хотел оставить тебя в живых,

но нанёс случайно четыреста ножевых.

говорил, а сам как будто тыкал в тебя ножом,

возомнил, что теперь я маленький, но божок,

что тобой поиграю и суну назад в мешок,

я был страшен,;

но мне было хорошо.


я ведь, милая, знал, что в итоге сам себя обесточу,;

что когда-нибудь ты меня не захочешь,

что осиновый кол для меня заточен,

что такие монстры как я умирают. впрочем

где-то там, в уголке своего нутра

иногда я видел, как мы гуляем с тобой с утра,;

как съедаем мороженого два ведра,

как вплетаем в волосы северные ветра,

как сияют нам с неба краски всех ярких гамм,

как на море песок прилипает к твоим рукам.


я хотел бы найтись в тебе, я - игла,

потерялся в твоей любви. огромной, как сена стог.;

вот поэтому, милая, ты смогла.;


я - не смог.;

ничего не смог.

’Бремя Белого Человека’ лет пять назад очень цепляло. и сейчас под настроение.

ЧУЛОЧКИ. Муса Джалиль
Их расстреляли на рассвете
Когда еще белела мгла,
Там были женщины и дети
И эта девочка была.
Сперва велели им раздеться,
Затем к обрыву стать спиной,
И вдруг раздался голос детский
Наивный, чистый и живой:
-Чулочки тоже снять мне, дядя?
Не упрекая, не браня,
Смотрели прямо в душу глядя
Трехлетней девочки глаза.
«Чулочки тоже..?»
И смятением эсэсовец объят.
Рука сама собой в волнении
Вдруг опускает автомат.
И снова скован взглядом детским,
И кажется, что в землю врос.
«Глаза, как у моей Утины» —
В смятении смутном произнес,
Овеянный невольной дрожью.
Нет! Он убить ее не сможет,
Но дал он очередь спеша…
Упала девочка в чулочках.
Снять не успела, не смогла.
Солдат, солдат, а если б дочка
Твоя вот здесь бы так легла,
И это маленькое сердце
Пробито пулею твоей!
Ты человек не просто немец,
Ты страшный зверь среди людей.
Шагал эсэсовец упрямо,
Шагал, не подымая глаз.
Впервые может эта дума
В сознании отравленном зажглась,
И снова взгляд светился детский,
И снова слышится опять,
И не забудется навеки
«ЧУЛОЧКИ, ДЯДЯ, ТОЖЕ СНЯТЬ?»

’Жди меня и я вернусь’ Симонов

Вы правы(((( у меня есть старый блокнот, в свои 15 лет записывала с прабабушкой украинские народные песни, которым она меня учила, это еще песни ее бабушек, те им по 200 лет как минимум. Какие же они красивые!!!!! Но прабабушки уже давно нет, я забыла все мелодии, только стихи короткие остались....(((( память и она подводит...

Юрко Іздрик

Суфікси

очки – вишеньки
щічки – яблучка
кажуть – лишенько
кажуть – щастячко
впало літечко –
біла випічка
грались діточки
рвались ниточки
небо падало
абрикосами
не ходіть ви там
діти босими
не плетіть ви там
хитрі ниточки
поки світ стоїть
наче виточки
поки жар з небес
наче патока
поки вишеньки...
поки яблука...

Ще Ліна Костенко. Геніальна поезія! Багато чого у неї подобається. Моя 8-ми річна донька у захваті від Бузинового царя.

Мой первый стих из Букваря, ох и дались мне те вивчарики з отарою))):

Знов зелені стали гори навесні,
з полонини чути співи голосні,
і трембіти десь над горами гудуть,
то вівчарики з отарами ідуть.

Когда волнуюсь за детей или вижу, как они подросли, то всегда вспоминаю этот стих:

Я свяжу тебе жизнь
Из пушистых мохеровых ниток.
Я свяжу тебе жизнь,
Не солгу ни единой петли.
Я свяжу тебе жизнь,
Где узором по полю молитвы —
Пожелания счастья
В лучах настоящей любви.
Я свяжу тебе жизнь
Из веселой меланжевой пряжи.
Я свяжу тебе жизнь
И потом от души подарю.
Где я нитки беру?
Никому никогда не признаюсь:
Чтоб связать тебе жизнь,
Я тайком распускаю свою.

И ещё один любимый о женщине и женской судьбе):

Ты - Женщина, и, значит, ты - Актриса,
в тебе сто лиц и тысяча ролей.
Ты - Женщина, и, значит, ты - Царица,
возлюбленная всех земных царей.
Ты - Женщина, и, значит, ты - Рабыня,
познавшая солёный вкус обид.
Ты - Женщина, и, значит, ты - пустыня,
которая тебя испепелит.
Ты - Женщина. Cильна ты поневоле,
но, знаешь, даже, если жизнь - борьба,
Ты - Женщина, ты слабая до боли,
Ты - Женщина, и, значит, ты - Судьба.
Ты - Женщина. Ты просто вспышка страсти,
но твой удел - терпение и труд,
Ты - Женщина. Ты - то большое счастье,
которое совсем не берегут...
Ты - Женщина, и этим ты опасна,
огонь и лёд навек в тебе одной.
Ты - Женщина, и, значит, ты - прекрасна
с младенчества до старости седой.
Ты - Женщина, и в мире все дороги
ведут к тебе, а не в какой-то Рим.
Ты - Женщина, ты избранная Богом,
хотя уже наказанная им...

Круть!!

Есенин....чёрный человек....

Ты смел, силен, всегда отважен в драках,
Ты не обидишь, не предашь вовек,
Скажи, как ты относишься к собакам,
И я скажу , какой ты человек!
А ты прекрасна, ногти вскрыты лаком,
И макияж едва коснулся век,
Скажи , как ты относишься к собакам,
И я скажу, какой ты человек!
Неважно, кто по знаку зодиака,
Неважно русский, немец или грек,
Скажи , как ты относишься к собакам,
И я скажу какой ты человек.
И можешь слушать ты кого угодно:
Сегодня Стинг а завтра, может, Круг,
Но если у тебя любовь к животным,
Ты мне уже в каком-то роде друг!
Жизнь очень интересная однако...
Я много видела за свой короткий век...
Лишь то, как ты относишься к собакам,
Расскажет мне, какой ты человек!
(Юля Олефир, современник)