Стихи для души в продолжение вчерашней темы

Как много тех, с кем можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем хочется проснуться...
И утром, расставаясь улыбнуться,
И помахать рукой, и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.

Как много тех, с кем можно просто жить,
Пить утром кофе, говорить и спорить...
С кем можно ездить отдыхать на море,
И, как положено - и в радости, и в горе
Быть рядом... Но при этом не любить...

Как мало тех, с кем хочется мечтать!
Смотреть, как облака роятся в небе,
Писать слова любви на первом снеге,
И думать лишь об этом человеке...
И счастья большего не знать и не желать.



Как мало тех, с кем можно помолчать,
Кто понимает с полуслова, с полyвзгляда,
Кому не жалко год за годом отдавать,
И за кого ты сможешь, как награду,
Любую боль, любую казнь принять...

Вот так и вьётся эта канитель -
Легко встречаются, без боли расстаются...
Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель.
Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться
Э.Асадов

Отмечусь, чтобы внести свою лепту

Любите женщину без всяких ’до’ и ’после’,
Без всяких ’но’, без ’если’, без причин,
Она, поверьте, много и не просит,
И если вы придете, то не спросит,
Зачем явились за полночь один.
Любите женщину одну и незаметно,
Не выставляйте чувства напоказ,
Не потому, что чувство неприметно,
Невысказанно вслух и незаметно -
Не для чужих оно, поверьте, глаз.
Вы берегите в женщине невинность,
Не в теле вовсе, но в одной душе,
И не ругайте сильно за повинность,
За отстраненность, за не очевидность
Ее любви на дальнем рубеже.
Она познала силу всю и слабость,
Она созналась в всем самой себе,
Не понимая в женщине усталость,
Вы не поймете в ней ту саму малость,
Вы не поймете её волю всю к борьбе.
Она устала быть одной и сильной,
И снова жить, одним лишь днем живя,
Она боится, что ее покинут,
И не поймут и обвинят невинную,
И обойдутся, с чувствами шутя.
И ей нужна надежда, вера в чувство,
Надежда, что любима и нужна,
Она, поверьте, вовсе ведь не грустная,
И не старается давать вам вновь напутствия,
Она всем сердцем вам одним верна.
-
Любите женщину без всяких ’до’ и ’после’,
Без всяких ’но’, без ’если’, без причин,
Она, поверьте, много и не просит,
И если вы придете, то не спросит,
Вы ей нужны, лишь вы, и только вы один.

Так как Асадова уже зацитировали(мой самый любимый после Костенко)
Не говори печальними очима
те, що бояться вимовить слова.
Так виникає ніжність самочинна.
Так виникає тиша грозова.

Чи ти мій сон, чи ти моя уява,
чи просто чорна магія чола...
Яка між нами райдуга стояла!
Яка між нами прірва пролягла!
© Ліна Костенко

Костенко считаю гениальной...каждый стих это шедевр

Я болею тобой очень долго,
Мой диагноз печален – Любовь,
Как давно и не знаю я толком,
Ты проник в мое тело и кровь...

Почему я болею не знаю,
Не скажу, что ты очень красив,
Я лечусь, я тебя забываю,
Ты звонишь и опять рецидив…

Я болею тобой безнадежно,
Медицине меня не спасти,
Я болею тобой и возможно,
Эту боль не смогу я снести.

Я болею тобой уже вечность,
Без тебя белый свет мне не мил,
И сказал то, что время все лечит,
Тот, кто в жизни своей не любил!

Я готова на все процедуры,
Все уколы готова стерпеть,
Я, наверное, полная дура,
Коль сумела тобой заболеть.

Я болею твоими глазами,
Вспоминаю я их день и ночь,
Виноваты порою мы сами,
Что лечением нам не помочь.

Без тебя есть и пить мне так сложно,
Вес теряю, за день 200 грамм,
Я поправлюсь когда-то, возможно,
Но на сердце останется шрам.

Но болеть больше нету мне силы,
Да и нету особых причин,
Я прививку уже получила,
От любви ненадежных мужчин…

Здравствуйте!
Я Вас ждала)))
Спасибо, что не забыли!
Замечательные стихи! Просто о каждой из нас!
(Автор темы со стихами Рождество И.Бродский)

Чужа душа - то, кажуть, темний ліс.
А я скажу : не кожна, ой, не кожна!
Чужа душа - то тихе море сліз.
Плювати в неї - гріх тяжкий, не можна.
© Ліна Костенко

Подпишусь, что бы не потерять

Моей маме.

Среди привычного обмана,
Среди словесного тумана,
Я вдруг почувствовал, как много
Для человека значит мама.

Когда вперед иду упрямо,
Идти мне помогает мама.
Когда проваливаюсь в яму,
Протягивает руку мама.

Мне нужно много или мало,
Готова поделиться мама.
Живу я криво или прямо,
Меня все так же любит мама.

Когда тот день далекий длился,
Наверно, я не весь родился.
Наверно, часть меня в тебе...
А может часть тебя во мне?

Постою, послушаю, отдохну с вами

Объясни мне папа, как мужчина,
Почему я до сих пор одна?
Может быть, во мне самой причина?
Может быть, в том есть моя вина…

Я веду себя довольно скромно,
Не бросаюсь к первым же ногам,
Кто-то смотрит дерзко, курит томно…
Видно разным молимся богам…

Я из тех, кто угощает чаем,
И стыдится откровенных фраз,
Я из тех, кто пишет, что скучает,
И при этом честно, каждый раз!

Объясни мне папа, что им надо?
Как себя мужчине преподать?
Может ярко-красная помада,
И колготки сеткой в минус пять?

Неужели нужно быть фривольной?
Ты меня иначе воспитал…
Знаешь, пап, мне правда очень больно,
Мир каким-то непонятным стал…

Ничего мне папа не ответил,
И не смог ни капельки помочь,
Для него я – лучшая на свете!
И, как прежде, маленькая дочь…

Така, як всі - босоніж по калюжах,
Промокла під брудним дощем,
Між сірих стін і сірих перехожих,
Така, як всі, - з накинутим плащем.

Збирала мрії, дотики і миті,
Холодні ранки і пророчі сни,
Обіцяні зірки й волошки в житі,
Така, як всі, втікала від весни.

Хотіла волі, щастя і тепла,
Просила в світу спокою і тиші,
А боса під дощем до нього йшла
Така, як всі, а може, трохи інша.

Любила осінь, вірші й молитви
І дивні очі кольору ночей,
Розмови з небом, з серцем битви,
Така, як всі, - лиш крила з-за плечей...


Микола ВІНГРАНОВСЬКИЙ

Все твои стрелы попали в цель!
Можно сказать в десятку.
Я и не против, чтоб сразу в постель,
Но лучше давай по порядку.
Ну для начала нам можно на ’ты’!
Нежные взгляды украдкой...
Да! Не забудь подарить мне цветы!
Можно еще шоколадку...
Дальше нам можно в субботу в кино,
Фильм романтический нужен...
Ну а потом уже свечи, вино,
Я приглашаю на ужин!
Но целовать ты меня не спеши!
В губы я точно не стану!
Так что давай мы с тобою решим:
Действуем строго по плану!
Часто встречаемся, часто звоним,
Часто, но все же не слишком!
О пустяках мы с тобой говорим...
Ты покупаешь мне мишек.
Только сегодня весь вечер метель...
Холодно! Мне не до фальши...
Знаешь, давай мы сегодня в постель!
Завтра решим, что дальше... )

БЕГСТВО В ЕГИПЕТ
И.Бродский

В пещере (какой ни на есть, а кров!
Надежней суммы прямых углов!)
в пещере им было тепло втроем;
пахло соломою и тряпьем.
Соломенною была постель.
Снаружи молола песок метель.
И, вспоминая ее помол,
спросонья ворочались мул и вол.
Мария молилась; костер гудел.
Иосиф, насупясь, в огонь глядел.
Младенец, будучи слишком мал
чтоб делать что-то еще, дремал.
Еще один день позади — с его
тревогами, страхами; с «о-го-го»
Ирода, выславшего войска;
и ближе еще на один — века.
Спокойно им было в ту ночь втроем.
Дым устремлялся в дверной проем,
чтоб не тревожить их. Только мул
во сне (или вол) тяжело вздохнул.
Звезда глядела через порог.
Единственным среди них, кто мог
знать, что взгляд ее означал,
был Младенец; но он молчал.

Скромное величие.

Собрался на гулянку... Жду трамвайчик...
Темно, на остановке ни души...
Гляжу- старушка, божий одуванчик,
По урнам жестебанку ворошит.

Из тех, кто получил от государства
Награду, ’соразмерную’ труду:
Поешь – не хватит денег на лекарства,
Лекарства купишь – нету на еду.

А рядом, у ларька, к стене торцами,
Собой вполне добротные на вид
Три ящика стояли с огурцами.
В округе – никого, ларёк закрыт.

’Бабуля, видно, с бабками не густо?
Возьми чуток - халява, все дела’…
’Нельзя, чужое’, - улыбнулась грустно
И к следующей урне побрела.

В тот раз я не попал на полюбушки.
Трамвай давно ушёл, а я стоял
И плакал от величия старушки.
И от того, что знаю: я бы – взял…

Ирина Бахтина

Добрый вечер)
Присоединяйтесь к нашему поэтическому кружку.
Так здорово здесь читается.Стихи чудесные)

Про двадцать первое лучше читать это
Анна Ахматова
Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертания столицы во мгле.
Сочинил же какой - то бездельник,
Что бывает любовь на земле

И от ленности или со скуки
Все поверили, так и живут:
Ждут свиданий, боятся разлуки
И любовные песни поют

Но иным открывается тайна
И почиет на них тишина...
Я на это наткнулась случайно,
И с тех пор все как будто больна

так в точку

Доборолися! Добалакались!
Досварилися, аж гримить!
Україно, чи ти була колись
незалежною хоч на мить:
від кайданів, що волю сковують,
від копит, що у душу б*ють,
від чужих, що тебе скуповують,
і своїх, що тебе продають?!
© Ліна Костенко

И он делается незыблемым, как штатив,
И сосредоточенным, как удав,
Когда приезжает, ее никак не предупредив,
Уезжает, ее ни разу не повидав.


Она чувствует, что он в городе —встроен чип.
Смотрит в рот телефону —ну, кто из нас смельчак.
И все дни до его отъезда она молчит.
И все дни до его отъезда они молчат.

Она думает —вдруг их где-то пересечет.
Примеряет улыбку, реплику и наряд.
И он тоже, не отдавая себе отчет.
А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горяут».
И она отвечает:
«Чёрт».
Вера Полозкова

Не ждать тебя – высокое искусство!
И силы воли высшая вершина!
Зажать внутри все рвущиеся чувства,
И шаг вперед, боясь ступить на мину.
Не ждать тебя – уже почти привычка,
Которую сама себе привила,
«Не жду тебя» - всегда пишу в кавычках,
Конечно ложь, но с виду очень мило…
Не ждать тебя порою очень сложно,
Гляжу на дверь, как будто под гипнозом,
Терновый путь прошла так осторожно,
Но все-таки душа моя в занозах.
Не ждать тебя уже почти умею,
Вот только б под печалью не прогнуться,
Когда не жду, то жду еще сильнее…
Смотрю на дверь, не в силах отвернуться.

Я уже)))
Мой пост 14

Холодной зима нынче выдалась, папа.
Метут снегопады из ветреных мельниц…
Я, папа, стараюсь, конечно, не плакать.
Пишу тебе письма /по несколько в месяц/.
Испортился почерк. Нажимы все резче…
Ты, папа, меня не вини в невезеньях.
Прижаться к тебе бы, обнять твои плечи –
и так зимовать у тебя на коленях.
Вскочить бы на санки – и снегом бьет щеки!
Чтоб слезы из глаз – и смеяться не в мочь…
Коварны у жизни порою уроки…
черствеет твоя непутевая дочь…
Я черствою стала, как грязная сука,
под войлоком ночи…как брошенный пес…
Ты, папа, возьми меня крепче за руку,
целуй мой веснушчатый, вздернутый нос…
Я лживою стала… И горькой отравой
для тех, кто любил меня, верил и ждал.
Замыленный камушек с медной оправой…
Истлевшей золы перепаленный жар…
Так холодно, папа… Наверно, ангина:
так больно глотать эти снежные хлопья.
Ты, папа, скажи мне, скажи, как мужчина –
ну что ж я меняю все вилы на копья?
И с кем я воюю полжизни, полвека…
Неужто мне богом отмерено столько?
Как много зимы одному человеку.
Как трудно согреться, когда одиноко…
Да я бы у ног твоих слабым котенком
уснула, свернувшись клубком, до весны.
А взрослому, папа, больней, чем ребенку,
не видеть счастливые, добрые сны…
Возьми меня в горы! Держи меня крепче!
Твоим отпечатками шагаю во след.
Ругай меня, папа, что согнуты плечи.
Подставь мне свой старый колючий жилет.
Я слушаться буду. Клянусь. Обещаю!
Ты будешь меня через пропасть вести.
С тобою я справлюсь… Я, папа, скучаю…
Прости меня, папочка, дуру, прости…
Холодные зимы… метели до мая…
Держи меня крепче – я сбилась с дороги.
Пишу тебе письма: скучаю…скучаю…
Ты – ангел бескрылый, подарен мне богом.
Я скоро приеду. Наверное, в среду.
Ты жди меня к чаю…готовь мои тапки…
И мы отвоюем жизни победу,
архангел мой сизый, мой ласковый папка…
Холодные зимы…холодные люди…
Но скоро капели – и вьюгам конец…
И тонок мой мир стихотворных иллюзий,
пока меня за руку держит отец.

Алена Васильченко

Увези меня в сказочный мир, я тебя умоляю,
В тот, где счастья все двери
Настежь открытые,
В тот, где даже дикие звери
От горя укрытые.

Увези меня в сказочный мир, я тебя умоляю,
В тот, где у каждого солнышка
Есть родители,
В тот, где от боли душевной
Стоят оградители.

Увези меня в сказочный мир, я тебя умоляю,
В тот, где у всех есть любовь
И только взаимная,
В тот, где место найдут люди вновь
С душою наивною.

Давай создадим этот мир, я тебя умоляю,
Здесь, где люди в проблемах
Стали жестокими,
Здесь, где в душе эмпиемы
Стали глубокими.

Давай создадим этот мир, я тебя умоляю,
Здесь, где с младенчества дети
Всеми забытые,
Здесь, где все окна и двери
Для горя раскрытые.

Давай создадим этот мир, я тебя умоляю,
Здесь, где будем жить мы в уюте,
Я, милый, беременна,
Здесь, где помогут создать сказку люди,
Я в этом уверена.

Лёлька Наумова

Он бы..
Не обижайся.Дел у него по горло - график, расписанный нА год, не терпит сбоя.
Он обязательно прибыл бы в этот город, но у него билеты до Уренгоя.
Не обижайся.Он бы, конечно, был здесь:Ровно в пятнадцать тридцать.Родной и сонный.
Но у него по планам вокзал Парижа и никотиновый ужин со вкусом рома.
Не обижайся. Мир - это образ круга, взрезанный одиночеством паралеллей.
Он обязательно взял бы тебя за руку, если бы ты вписалась в его апрели.
Он обязательно.Он непременно.Он бы смог тебя вылечить/выучить улыбаться,
Но у тебя - наизусть телефонный номер.А у него - свиданье в семнадцать двадцать.
Не обижайся.И не сдавайся,слышишь?Это такая свобода - дышать ничьей....
Он бы конечно помог тебе встать и выжить.Если б она не спала на его плече.

Чтобы однажды не забыть – целую в душу.
Дурман не пройденных дорог ласкает ноги.
И, как-то ломано возносятся на сушу
Немного странные застенчивые боги.

Под языком лежит кусок небесной ваты
Пером проклятия архангельских заветов.
Меняю сонные полночные приваты
На корку кислого просроченного лета.

Я в светской жизни как в наркозе увязаю,
Чтоб из нее устало выбраться на сушу.
Целую в губы, забываю, исчезаю…
…И лишь тебя (чтоб не забыть) целую в душу.
(с) Саша Бес

Она всегда была немного кошкой,
Она любила спать и молоко,
И под перчаткой каждая ладошка
Скрывала пять изящных коготков.

Когда в больших глазах ее блестящих
Луна свой отражала свет слегка,
Она казалась кошкой настоящей,
Готовой для внезапного прыжка.

Она спала калачиком под пледом,
А иногда и вовсе не спала,
Но каждый день назло дождям и бедам
Была непринужденно весела.

Не каждый мог ее погладить шерстку,
Иной, кто часом мимо проходил,
Трепал за ушко, но мечтала кошка,
Чтоб кто-то добрый кошку приручил.

Пушистый снег ей волшебством казался,
А шоколад – лекарством от разлук,
К рассвету нежный сон ее касался,
Во сне ей снилась пара теплых рук.

Она от скуки затевала игры,
Но вскоре уставала и от игр -
Так часто под шикарной шкурой тигра
Скрывался кот облезлый, а не тигр.

что писать в ответ на дежурное
’как дела’?
то, что ты точишь лезвие, я - акробат, я хожу по краю его
то, как я без тебя тут медленно умираю
и, наверное, давно уже умерла б

если бы не встречала тебя в каждом сне
твое имя - в каждой второй рекламе

для чего тебе спрашивать про дела меня
их всего ничего здесь - скука, простуда, снег

мне сказать тебе то, о чем думаю в тишине?
то, что я хочу нравится твоим маме, сестре, коту
то, как имя твое перекатывается во рту
пока ты не ответишь мне?

здесь теряют смысл все планы,маршруты, бег
так как все пути ведут меня не туда
и любой разговор - это просто течет вода
если спросят не о тебе ...

Это меньше, чем секс, но чуть больше, чем просто привязанность.
Это бой анальгина и экстази в капельках виски.
Мне простится твой смех, и твоя – от винта!-безнаказанность,
Сжать в кулак, чтобы стаяли так, как в кармане ириски.

Это меньше, чем секс. Но гораздо похлеще любви.
Это яркая свадьба в финале немецкой порнухи.
Это небо - и если так хочешь - возьми и порви,
Мне прекрасно жилось без твоих «моя детка» на ухо.

Мне до суки расти и расти, развиваться назад.
Набирать номера - вроде можно, но так неохота.
И я снова ловлю твой мучительно-искренний взгляд.
Так рождаются спазмы, детишки, окурки и рвота.

Сигаретно сплетаются мысли в предчувствии слов.
Мне не нужно чужого, свое разбазарив по самые...
Я сто раз убедилась - не надо мне эту любовь.
Да и мама сказала беречься. Я слушаю маму.)

Или Сплин - у него и меня - как там?-«Выхода нет».
Выключается свет. Я старательно прячу ладошки.
Объясни мне, незнающей, где же тут спрятан скелет?
Нахрена у тебя поводок, если я типа «кошка»?

Это меньше, чем секс, но чуть больше, чем просто привязанность.
Закури без меня и ответь- ты ВОТ ТАК- одинок?
Эти чувства въедаются в кожу - какая заразность...
Ты останешься на ночь, зажав в кулаке поводок?
автор Лола Льдова

мне поцелуями тебя - не удержать
обвив руками - не остановить
ты говоришь мне - времени не трать
ты говоришь - попробуй пережить
я под зонтом в распахнутом пальто
мне слишком ярок твой наивный мир
курю и думаю: возможно, ты не то
возможно, я зачитана до дыр
и так нелепо, что моей руке
нет больше места на твоей груди
и что вон та девица вдалеке
реальнее, чем все мои стихи
и что когда-нибудь - не завтра, а потом
мой теплый рот возьмет себе другой
и я расстанусь с этим теплым ртом
и даже больше - обрету покой
без крыльев - в ночь в распахнутом пальто
лечу, ругаюсь жутко и реву
а просто ты - немножечко не то
давай-давай, а я - переживу

Уля Каприз

когда-нибудь
ты придешь в магазин,
чтобы купить меня,
и не глядя
ткнешь пальцем
в зеркальную витрину,
а продавец покачает головой,
увенчанной ненавязчивыми рожками,
и грустно скажет,
что я была,
но уже вся кончилась...