Мой Луганск-24, или «Какого .... вы приехали?»

Пишу о своей 24-часовой поездке в Луганск, зная, что уже началась операция по его освобождению. Очень хочется верить, что Всевышний сохранит всех мирных жителей города и его вызволителей…
Все родственники и друзья в родном городе встречали нас одной и той же фразой: «Какого хрена вы приехали? Здесь же ад!» И заканчивались все встречи одинаково: «Вы им там передайте, пусть уже быстрей заходят!». Они все понимают, что войну просто так остановить уже невозможно и что боевики не уйдут из Луганска, как из Славянска и Краматорска. Понимают, что другого пути, кроме штурма, нет. Боятся. Но не хотят продолжения жизни в аду.
Под вечер 12 августа прибыли в Счастье. Рады была встрече с Айдаровцами, с волнением наблюдали за перемещением в сторону города военной техники и машин с хлопцами в кузовах. «Полевой креатив» процветает: авто разрисованы характеристиками Путина, надписями «Айдар», «На Москву!» и т.д. И флаги, флаги, флаги… Куда направилась колонна, не говорят – «Подожди два дня, узнаешь».
Узнаем расписание маршрутки, отправляющейся на Луганск. В 5 утра от автостанции у супермаркета «Бокри». Отправляемся на ночлег в Новоайдар. Разразившаяся вечером гроза немного погасит горящий лес и намочит песок, облегчая наш завтрашний путь через Малиновое.
Утро 13 августа. Загрузились в маршрутку. Проезд 70 гривень. Люди везут воду в бутылях, продукты, понемногу сигарет – те в Луганске просто адский дефицит. Проезжаем блок-пост в лесу – дежурные просто заглядывают в салон и желают счастливого пути. Следующий блок-пост – сепаратистов - будет уже на старом мосту между Станицей и Луганском. Там попросят предъявить паспорта с луганской пропиской.
Въезжаем в Луганск и через кольцо Дзержинского едем на Молодежный. Здесь высаживаемся, а через дорогу, у «Брусницы» уже готовятся к посадке в 20-местную «Газель» почти 40 человек с сумками, сверяются по списку. Загрузились довольно оперативно, отправились. Половина восьмого утра.
У хлебного киоска на остановке Молодежного уже очередь, в основном из пенсионеров. За хлебом, оказывается – человек 120. Хлеб пока не подвезли. Маршрутку ждем долго, пропускаем несколько Газелек, набитых под завязку. Пока нет транспорта, прислушиваюсь к разговорам в очереди. Обмениваются информацией о местах, откуда можно позвонить, о ценах и ассортименте в магазинах. Из общественно-политического: «а пенсии наши Кравченко украл. Его в Счастье арестовали – кучу денег вез».
Маршруткой добрались на Центральный рынок. Сказать «пусто» - ничего не сказать. У хлебного киоска напротив входа в мясной павильон – очередь, больше 100 человек. Ждут хлеб. Время от времени шныряют сепары с автоматами – по одному, парами. Говорят, следят, чтоб не было спекуляций.
Через частный сектор направляемся в район 11-й поликлиники. Пусто и тихо. Навстречу попадается малюсенькая декоративная собачка с золотистой цепочкой на шее. Сердце сжимается при виде старушек с бутылями для воды на тачечках и в «кравчучках». Многие еле передвигаются, опираясь на палку. Очень жарко. Сегодня воду раздают в бывшем госпитале, ныне - городской наркологии. Очередь – больше 300 человек. Теряю дар речи, когда вижу детвору, помогающую матерям тащить баклажки с водой. Кто-то ведет велосипед, нагруженный бутылями, кто-то несет в руках.
Все время слышны взрывы со стороны Вергунки. Родственники говорят, всю ночь был сильный обстрел – из разных частей города, недавно только затихло.
Обсуждаем цены: сигареты от 12 гривень, масло подсолнечное 25-30, хлеб 5-6.
Повидавшись, отправляемся на остановку. Маршрутки ходят до часу дня, но выйдя в начале двенадцатого, мы своей так и не дождались. Зато пообщались с народом и насмотрелись на носящихся в разнообразных машинах сепаров. На противоположной стороне дороги из автомобиля вышли камуфляжники и остановили парня, который шел со спортивной сумкой. Обыскали тщательно, обследовали все, что было в сумке, и по рации стали с кем-то связываться… Чем дело кончилось, не знаю – решили пойти на остановку ДК Строителей, чтоб добраться до восточных кварталов – до часу дня времени оставалось все меньше.
Снова пустые улицы и тишина частного сектора. За воротами одного из домов слышен шум генератора. У головного офиса Приватбанка на Челюскинцев – охрана, в ворота влетела машина с довольными сепарами.
Водитель 134-го автобуса любезно подождал, пока мы добежим вместе с девушкой, которая от Украинского драмтеатра не смогла уехать в Свердловск – не пришел автобус, сказали, из-за боев.
Может, и банальщина, но мне, серьезно, очень жаль, что мы, наверно, уже так и не узнаем, как зовут человека, спасшего наши жизни. До того, как шарахнуло миной в перекресток Карпинского-Буденного, он уже дважды попадал под обстрел на своей маршрутке. Но это он нам расскажет чуть позже. Пока же он направил автобус в правый ряд, объезжая столб в центре перекрестка. И резко вывернул руль, уворачиваясь от осколков взорвавшейся с оглушительным треском мины. Собиравшиеся переходить дорогу со стороны кв. Ватутина женщина и молодой парнишка погибли на месте - по словам мужа, как раз смотревшего на них в окно, их тела буквально разорвало. Насколько сильно пострадали пешеходы со стороны кв. Солнечный, и другие машины, не знаю.
В ужасе от пережитого выползаем из автобуса. В планах – встречи и визиты на 50 лет Октября и Дзержинского. Передвигаемся дворами – после ивента в маршрутке хочется находиться как можно дальше от проезжей части.
Если ты не был в городе хотя бы пару дней – на тебе печать «чужой». Пристальные взгляды старушек во дворах напрягают не меньше жизнерадостно-бдительных сепаров на дорогах. Даже думать не хочется о том, что будет, если решит какая-нибудь бабуля, что мы диверсанты или мародеры.
На «колодце» - остановке на кв. 50 лет Октября, напротив СПТУ-интерната, действительно есть связь. Когда мы подошли, одна дама довольно увлеченно общалась по телефону. У меня вот позвонить не получилось. Знающие люди пояснили, что поторопилась – перед набором номера рекомендуется какое-то время погулять на месте звонка.
Нет ни света, ни воды. Газ есть. Довольно оживленно по утрам на рынке у бывшего ресторана Радуга. Пару дней назад на кольце 50 лет Октября сепары раздавали упаковками минералку. Где-то в частном секторе у хозяев есть скважины и генераторы, можно купить воду по 2 грн. за 5 литров. Еще есть где-то в районе автошколы на Восточном.
Страшные везунчики - владельцы садовых светодиодных фонариков на солнечных батареях. Днем они заряжаются без электричества, а ночью ими можно отлично осветить всю квартиру.
Совсем беда с канализацией. Две недели без воды – можете себе представить последствия. Причем кое-где еще и позабивались сливы во временно оставленных квартирах. Ни о какой аварийке, понятное дело, речи нет. И вообще – кого вы вызовете, если нет ни связи, ни света? Мусор не вывозится – нет топлива и некому.И куда? На полигон ТБО под обстрел? В кварталах с многоэтажками завалены пакетами с отходами площадки вокруг мусорных баков, в частном секторе – обочины улиц. На обочинах дорог – раздувшиеся на солнцепеке трупы животных, сбитых машинами сепаров, которые носятся по городу как угорелые.
Говорят, МЧС тушит пожары взрывом – воды-то для тушения нет. Скорую ни вызвать, ни поймать на улице невозможно. На места обстрелов приезжают, конечно.
Как раз в день нашего приезда из разбомбленного психдиспансера вывезли 150 пациентов.
А что творится в морге, забитом неопознанными трупами и две недели лишенном электричества, а, следовательно, охлаждения, легко себе представить. Знакомый – водитель «скорой» - рассказал, что там уже давно стоит невозможная вонь. Но недавно провели какую-то обработку, запах исчез.
Народ последствия «обезвоживания» города понимает хорошо, стараются следить за чистотой во дворах, в некоторых даже сооружают туалеты типа «сортир». А чего, публика все равно большую часть дня на улице проводит. Общаются, а под вечер даже песни заводят.
С верхних этажей хорошо виден стелющийся дым в Красном Яру. Он постепенно спускается к восточным кварталам и в середине ночи достигает их, наполняя все вокруг удушливым запахом гари. Примерно с половины седьмого вечера начинается обстрел. Горит где-то в Краснодонском направлении (как мы потом узнали, был бой в Новосветловке и Хрящеватом), горит вергунско-краснояровское направление. Стреляют из нескольких мест совсем рядом. Так и проводим ночь.
Утром 14 августа небольшая передышка с половины пятого до половины седьмого. И снова обстрел. На этот раз – даже Град. Народ на остановке прятаться и не пытается, все разглядывают в небе облачка, оставленные в небе снарядами (почему-то следы парные), и рассуждают об их траектории. Одна из женщин торопится на службу в церковь и сетует, что стреляют в такой праздник (оказывается, сегодня Маковей).
Проезжаем Молодежный, где у Брусницы собралось еще больше желающих поместиться в маршрутке, чем вчера.
На остановке напротив ресторана «Мафия» несколько маршруток и множество людей. Одни едут, другие провожают. Садимся в маршрутку, идущую до Старобельска. Есть еще Счастьенская, Белокуракинская, еще одна до Старобельска. Цена вопроса – 170 грн до конца, 100 до Счастья. Мужчин до 45 водители предупреждают даже места не занимать – не выпустят на блок-посту. Моему мужчине всего полгода, как 45, и я пилю его за то, что побрился перед поездкой.
В ожидании отправления маршрутки – минут за 20 - прослушали 40 выстрелов Града где-то рядом с собой, пронаблюдали движение 2 заряженных Градов и нескольких машин с сепарами со стороны Автовокзала в сторону 3 километра (как пояснили осведомленные, Грады заряжают на территории авиаремзавода), потом снова полная обойма (?) Града уже где-то за «Мафией» и колонна из «Нив» с террами в сторону Автовокзала. Все это время рядом со мной пожилая леди степенно обсуждала со своей родственницей, как опасна для здоровья амброзия, которая так недопустимо разрослась на газонах.
Наконец-то отправились. Небольшой колонной из двух маршруток и нескольких авто. На кольце 50 лет Октября – очередь за хлебом… Еще немного волнений – на блок-посту в Станице нам сказали, что был обстрел и попали в маршрутку. Но наш водитель Алексей заверил, что все будет в порядке. В Счастье вздохнули с облегчением.
Ни фото, ни видео, конечно, не привезла. Привезла вновь обретенную боязнь громких звуков и чувство опустошающей беспомощности...
Когда закончится война, я научусь водить машину.

Анна Руденко,15 августа.