Вот что сказал Залужный. Нужно не полениться и прочесть. Не верьте ботам

не кормите тролей.Главнокомандующий вооруженными силами Украины о том, что ему нужно, чтобы победить Россию

Украинцы показали готовность положить душу и тело на свою свободу. Украина не только остановила вторжение гораздо более сильного врага, но и освободила значительную часть своей территории. Однако война сейчас переходит на новый этап: то, что мы в военных называем «позиционной» войной статического и изнурительного боя, как в Первой мировой войне, в отличие от «маневренной» войны движения и скорости. Это пойдет на пользу России, позволяя ей восстановить свою военную мощь, что в конечном счете будет угрожать вооруженным силам Украины и самому государству. Какой выход?

Основное оружие, такое как ракеты и снаряды, остается важным. Но вооруженные силы Украины нуждаются в ключевых военных возможностях и технологиях, чтобы выйти из такого рода войны. Важнейшим из них есть воздушная сила. Контроль над небом необходим для крупномасштабных наземных операций. В начале войны у нас было 120 боевых самолетов. Из них только одна треть пригодилась к использованию.
Военно-воздушные силы России понесли огромные потери, и мы уничтожили более 550 систем противовоздушной обороны, но они сохраняют значительное преимущество над нами и продолжают создавать новые ударные эскадрильи. Это преимущество усложнило нам продвижение вперед. Российские системы противовоздушной обороны все больше мешают нашим самолетам летать. Наша оборона делает то же самое с Россией. Таким образом, российские беспилотники взяли на себя значительную часть роли пилотируемой авиации по разведке и нанесению авиаударов.
Беспилотники также должны быть частью нашего ответа. Украине необходимо наносить массированные удары с использованием приманок и ударных беспилотников, чтобы перегрузить системы противовоздушной обороны России. Нам нужно охотиться на русские дроны с помощью собственных дронов-охотников, оснащенных сетками. Мы должны использовать сигнальные приманки для привлечения российских планирующих бомб. А еще нужно ослепить тепловые камеры российских беспилотников ночью с помощью стробоскопов.

Это указывает на наш второй приоритет: радиоэлектронную борьбу (РЭБ), такую ​​как глушение сигналов связи и навигации. РЕБ – ключ к победе в войне беспилотников. В последнее десятилетие Россия модернизировала свои силы РЭБ, создав новый род армии и создав 60 новых видов техники. В этом они нас превосходят: 65% наших РЭС в начале войны были произведены еще в советское время.
Мы уже создали много собственных электронных систем защиты, которые могут предотвратить глушение. Но нам также нужен больший доступ к электронной разведке от наших союзников, включая данные активов, собирающих сигналы разведки, и расширение производственных линий для наших систем РЭБ против беспилотников в Украине и за рубежом. Нам нужно улучшить ведение радиоэлектронной борьбы с нашими беспилотниками в более широком диапазоне радиочастот, избегая при этом случайного подавления наших собственных беспилотников.

Третья задача – контрбатарейный огонь: поражение артиллерии противника. В этой войне, как и в большинстве прошлых войн, артиллерийский, ракетный и ракетный огонь составляет 60-80% всех военных задач. Когда в прошлом году мы впервые получили западное оружие, мы успешно обнаружили русскую артиллерию и поразили ее. Но эффективность такого оружия, как Экскалибур, американский снаряд с GPS-наведением, резко снизилась из-за усовершенствования российской радиоэлектронной борьбы.
Между тем, собственный контрбатарейный огонь России улучшился. Это в значительной степени благодаря использованию боеприпасов Ланцет, работающих вместе с разведывательными беспилотниками, а также росту производства высокоточных снарядов, которыми могут наводить наземные извещатели. Несмотря на пренебрежительное мнение некоторых военных аналитиков, мы не можем умалять эффективность российского оружия и разведки в этом отношении.
Пока нам удалось достичь паритета с Россией за счет меньшего количества, но более точной огневой мощи. Но это не может долго продолжаться. Нам нужно создать наши локальные поля GPS – используя наземные антенны, а не только спутники – чтобы сделать наши снаряды с точной наводкой более точными в условиях российского глушения. Нам нужно пошире использовать беспилотники-камикадзе для ударов по русской артиллерии. И нам нужно, чтобы наши партнеры направили нам более качественное артиллерийско-разведывательное оборудование, которое может обнаруживать российские пушки.

Четвертая задача – технология разминирования. У нас в начале войны для этого было ограниченное и устаревшее оборудование. Но даже западные поставки, такие как норвежские танки для разминирования и ракетные устройства для разминирования, оказались недостаточными, учитывая масштабы российских минных полей, местами простирающиеся на 20 км. Когда мы прорываем минные поля, Россия быстро их пополняет, выпуская новые мины на расстоянии.
Технология – это ответ. Нам нужны датчики, похожие на радар, использующие невидимые импульсы света для обнаружения мин в земле, и системы вывода дыма, чтобы скрыть деятельность наших подразделений по разминированию. Мы можем использовать реактивные двигатели, снятые с эксплуатации самолетов, водометы или кассетные боеприпасы, чтобы пробивать минные заграждения, не закапываясь в землю. Новые типы туннельных экскаваторов, например робот, использующий плазменные горелки для бурения туннелей, могут помочь.

Мой пятый и последний приоритет – наращивать наши резервы. Россия не смогла использовать свое огромное преимущество в рабочей силе, потому что Владимир Путин обеспокоен тем, что всеобщая мобилизация может спровоцировать политический кризис и потому, что Россия не может научить и снарядить достаточно людей. Однако наши возможности для подготовки резервов на собственной территории тоже ограничены. Мы не можем легко пощадить солдат, отправляющихся на фронт. Кроме того, Россия может нанести удар по тренировочным центрам. А в нашем законодательстве есть пробелы, позволяющие гражданам уклоняться от своих обязанностей.
Мы стараемся решить эти проблемы. Мы вводим единый реестр призывников, должны расширить категорию граждан, которые могут быть призваны на собрание или по мобилизации. Также мы вводим «боевую стажировку», которая предполагает размещение новомобилизованных и обученных личного состава в опытных передовых подразделениях для их подготовки.

Россию не стоит недооценивать. Она понесла большие потери и потратила много боеприпасов. Но она будет иметь преимущество в вооружении, технике, ракетах и боеприпасах в течение значительного времени. Ее оборонная промышленность наращивает производство, невзирая на беспрецедентные санкции. Наши партнеры по НАТО также резко увеличивают свои производственные мощности. Но для этого требуется минимум год, а в некоторых случаях, например в самолетах и системах управления, — два года.
Позиционная война – это длительная война, несущая огромные риски для Вооруженных Сил Украины и ее государства. Если Украина хочет вырваться из этой ловушки, нам понадобятся все эти вещи: преимущество в воздухе, усовершенствованные средства электронной борьбы и контрбатарейной борьбы, новая минная технология и способность мобилизовать и тренировать больше резервов. Нам также следует сосредоточиться на современном командовании и управлении, чтобы мы могли эффективнее, чем Россия, визуализировать поле боя и быстрее принимать решения, а также на рационализацию нашего материально-технического обеспечения, уничтожая все российское ракетами большой дальности. Новые инновационные подходы могут снова превратить эту войну в маневр.
----------------
«По учебникам НАТО и расчетам контрнаступления, четыре месяца должно было хватить для того, чтобы мы дошли до Крыма» : Залужный рассказал о проблемах контрнаступления.
▪Мы достигли уровня технологий, который ставит нас и врага в тупик.
▪В Авдеевке на экранах наших мониторов, когда я был там, мы увидели, как пылают 140 российских машин, уничтоженных в течение четырех часов.
▪Мы видим все, что делает враг, и он видит все, что мы делаем. Для того чтобы мы могли выйти из этого тупика, нам нужно что-то новое.
▪Оружия, поставляемого Западом, было достаточно для поддержки Украины в войне, но недостаточно, чтобы позволить победить Россию. Эту войну нельзя выиграть оружием прошлого поколения и устаревшими методами.
▪Сейчас у нас достаточно солдат. Но нам нужно искать решения для скорейшей победы . Потому что рано или поздно мы обнаружим, что у нас просто не хватает людей воевать.