Приставкин книга Ночевала тучка золотая

рекомендую к прочтению.
Одна из лучших рецензий на книгу
Произведение открывается таким эпиграфом: "Посвящаю эту повесть всем её друзьям, кто принял как своё личное это беспризорное дитя литературы и не дал её автору впасть в отчаяние". Всего пара строчек - но они уже предвещают, что дальнейшее написано кровью сердца, что боли будет очень много, и если ты к этому не готов - закрыть книгу ещё не поздно. После первой же главы все эти опасения подтверждаются - сразу понятно, что книга великолепная, но очень тяжёлая.

Главные герои повести - братья-детдомовцы, происходят же события в 1944 году - этого достаточно, чтобы понять - ни радужных утопий, ни счастливого финала читателю ожидать не приходится. Кратко и сильно показана в первой главе самая суть жизни братьев: их мечта - хотя бы вдохнуть полной грудью запах свежего хлеба... Не попробовать - вдохнуть!

Эта повесть - о детях и от лица детей написанная (и потому она мне сразу понравилась, я люблю книги о детях, за исключением Брэдбери), но и мир, и выражения, и мысли их грубы и жестоки. Они не верят никому, не жалеют никого, воруют, обманывают, продаются в рабство старшим, бьют других и сами терпят побои - и их постоянно мучает голод, переключая все мысли на "жратву" и способы её добыть. Вот только отторжения у читателя всё это не вызывает, потому что прежде всего это - голодные дети, и такими жестокими их сделали взрослые люди со своей войной, воровством (в куда больших масштабах!), жадностью. И несмотря ни на что, в этих детях чувствуется редкое благородство - он могут верить только друг другу, ведь больше у них никого нет, зато друг друга не предадут ни за что! Что угодно можно пообещать Кузьмёнышам, но разлучить их никому не удастся. У взрослых не бывает такой преданности... А кроме преданности, у них есть ещё и мудрость, своя, детская, выработанная годами лишений - например, что нельзя тащить слишком много, даже если хочется и есть возможность; жадность - убивает, жадные остаются ни с чем.

Можно подумать, что преданность братьев - это эгоизм вдвоём, но всё вовсе не так. Стоит попасть к ним в доверие, доказать, что ты - "свой", и они (дети!) возьмут тебя под свою защиту. Так и получилось с воспитательницей Раисой Петровной и её маленькими детьми - не было такой опасности, из-за которой Кузьмёныши бросили бы их на произвол судьбы...

Рядом с маленькими судьбами чумазых детдомовцев писатель рисует события глобальные - целый поезд беспризорников отправляют на Кавказ, в рамках переселения чеченского народа. Думаю, не нужно расписывать, во что это переселение вылилось в итоге... Озлобленность оставшихся на Кавказе коренных жителей выплескивается на ни в чём не виноватых поселенцев, и никому нет дела до того, что это просто дети, брошенные в никуда безжалостным механизмом политики. Автор рисует страшные сцены, действительно страшные, потому что взрослые люди воюют против детей, и это не укладывается в голове. Убивают одного из Кузьмёнышей, страшной смертью, убивают ещё многих беззащитных, а прочие бегут неизвестно куда - но до этого, до этого! - эшелон чеченских детей, увозимых без пищи и воды в такую же неизвестность!..

И эта книга - она о том, как люди теряют человеческое лицо; как легко пойти по пути фашизма и целые народы объявить "нелюдьми", которых надо уничтожать; о том, что к убийцам, расстреливающим мирное население, не приходят потом ночные кошмары, не мучает их совесть, верят они в свою правоту...

Два брата, каждому из которых тяжело, всегда готовы подставить друг другу плечо. Два народа, называемых "братскими", грызут друг другу глотки. И только изредка, в виде исключения, находится кто-то, понимающий, что творится безумие.

Сила этой истории в том, что она - невыдуманная. Детство автора прошло в детдоме; и в том поезде, увозящем детдомовцев на юг, он тоже был - и повествование от третьего лица время от времени срывается на отчаянное "я" и "мы". Почему отчаянное? Потому что со страниц книги автор взывает: "откликнитесь, те, кто был в том поезде! ведь не может же быть, чтобы выжил я один..." И от этого - мороз по коже.

В самые страшные моменты, когда уже становилось ясно, что сейчас произойдёт, в ужасе от этого понимания мне хотелось умолять: "Не надо!" - не надо этой жестокости, не надо убитых детей, ведь автору так просто этого не допустить!... Только всё это уже допустила жизнь, и автору только остаётся показать, как это неправильно.

Эта повесть - тяжёлая, болезненная, но необходимая. Потому что открывает глаза на многое и не даёт опуститься туда, где гордятся убийством и ненавистью. А ещё потому, что в каждом показывает прежде всего человека - и в детдомовце-воришке, и в диком горце; а человек человеку должен быть братом.