СИЖУВШОКЕНЕРЕВУ. Как Ваши мужья себя ведут с 16-летними дочерьми?

Я работала в школе в начале нулевых. У нас одна ученица со своим папой жила половой жизнью. Девочке было 13 лет, когда учителям стало об этом известно. Выглядела она, правда, на 18. Очень сформированная. Высокая, длинноногая, грудастая, попастая, с тонкой талией, длинными густыми волосами. Лицо красивое. Кукла самая натуральная. Тупая, заторможенная, почти не обучаемая.

Папа - тоже красивый, как голливудский актер, и еще молодой. Ему лет 35 было на тот момент. Милиционер. Мама их бросила. Она (мама) побухивать стала, муж-милиционер пытался ее перевоспитать, ей это не понравилось, и она сбежала с одним из своих собутыльников. Сбежала в Молдову, откуда она сама родом. Остались папа с дочкой.

Девочка стала часто пропускать школу. Однажды терпение классной лопнуло. Она взяла с собой ответственного по работе с трудными и проблемными детьми, и вдвоем они отправилась к этой ученице. Пришли, звонят в дверь, открывает девочка - голая, с наброшенной на тело простыней, которая ничего не скрывает. ’Ты одна дома?’ - ’Нет, с папой’ - ’А ты почему голая?’ - ’Я спала’ - ’Позови папу’ - ’Он спит’ - ’Разбуди’. Девочка побежала в комнату, шушуканье, выходит папа - не заспанный ни в одном глазу. Краснеет, смущается, глаза опускает. Пригласили учителей на кухню. Пока одна с папой говорила по поводу пропусков, вторая прошлась по квартире. Расправлена только одна постель - там, где папа спал. В детской постель не тронута. Подозрительно, правда?

Учителя поделились подозрениями с завучем. А у той родственница живет в том же доме, где эта ученица. Родственница эта поговорила с бабулькой - соседкой ученицы. Та сказала, что у них весь подъезд знает, что дочка спит с папой. Сначала многие удивлялись, что у него, такого молодого и красивого, нет женщины уже долгое время. А потом неоднократно слышали сладострастные стоны - его и дочки одновременно, и все это сопровождалось скрипом дивана. Жаловаться соседи боялись, ведь он - мент со связями.

И вот учителя собрали консилиум. Узкий, конечно. Меня позвали, потому что у моей близкой подруги родной брат - шишка в милиции. Решали, стоит ли натравливать на семью ученицы ментов и органы опеки. Большинство решили, что не надо. Что девочка уже искалечена, но сейчас она хотя бы сыта, одета, с крышей над головой и в полной безопасности. Мать - алкашка сбежавшая, папу посадят (допустим, посадят), ее - в детдом. А она ведь тормоз полнейший. Ею будут пользоваться все, кому не лень. Короче, закрыли мы глаза. Жуть... Я долго под впечатлением была. На девочку эту стала по-особому смотреть. Может, кто-то проговорился. Может, учителя с ним все-таки поговорили. Но где-то через полгода или год они уехали.