Узнали?

Я нашел подъемник и встал слева у двери, никто, кроме меня, не собирался подниматься на другие этажи. Кабина раздвинула двери, наружу вышла небольшая группа людей, я хотел зайти в пустой лифт, но тут с воплем:
— Я ж мать, немедленно пустите, – мимо меня промчалась весьма корпулентная особа с коляской, за ней спешила вторая женщина, она несла ребенка на руках.
Я пропустил даму, вошел в лифт и чуть не задохнулся. Справа несло дешевыми духами, которые, как могли, прикидывались французскими. Слева сильно пахло потом.
— Мужчина, подвиньтесь, – недовольно потребовала пассажирка справа.
Я взглянул на нее: слишком белокурые волосы с оттенком зелени затейливо завиты штопором, бордовые губы, густо обведенные черной краской глаза, огненный румянец и брови, как две толстые гусеницы.
— Мог бы подождать, если места нет, – буркнула красотка и наехала мне на ботинок колесом повозки, в которой спал кто-то в ползунках.
Я сделал шаг влево и мигом услышал другой голос:
— Эй ты, потише, здесь ребенок! Слепой, что ли? Обнаглели мужики!
Я кинул взгляд на другую соседку. Та была антиподом мамаши справа. Волосы немыты, лицо без какого-либо признака макияжа, малыш не в коляске, а сидит у матери на руках. Единственное, что роднило дам – брови, они у них оказались одинаковыми по форме и цвету.
— Че ты на меня навалился? – возмутилась неопрятная соседка. – Я ж с ребенком. Хамло.