Робот Вертер• 24 марта 2016
Есть здесь такие у кого плохие отношения с мамой? Как вы себя чувствуете?
22
0
у меня не просто плохие, а отвратительные. Уже привыкла... раньше больно было от ее не любви и желания меня услышать. А сейчас ПОФИГ.
У меня. Раньше нервничала, переживала. Потом поняла, что она такая какая есть, ее не переделать. Себя переделывать в угоду ей, тоже не вариант. Смирилась.
Теперь даже легче, и проще стало намного.
Фраза ’Никто никому не должен’ теперь работает в обратном направлении.
Теперь даже легче, и проще стало намного.
Фраза ’Никто никому не должен’ теперь работает в обратном направлении.
у меня были сложные всегда, периодами отлично, особенно когда отдельно живем. А сейчас вместе и бывало всякое, то ужас, то нормально. Стараемся мирится и уживаться. Но она у меня не ’подонок’, просто своеобразная
Как показала практика ’любовь измеряется км’, раньше с мамой часто спорила и друг друга не понимали, а теперь когда она переехала жить в другой город видимся 5-6 раз в году и отношения прекрасные!
Это сложно. Я до сих пор до конца на 100% простить не могу, но стараюсь.
И в моем понимании простить не значит забыть.
аналогично! я тоже пока просто стараюсь.. пока конфликтов нет, то вроде норм, а если все поднимается наружу, то вспоминается и они не ушли.. но работаю)
Многие годы были плохие отношения ,пока она занималась карьерой,потом собственной жизнью,потом выходила замуж.Сейчас все это закончилось,вышла на пенсию, нет ни мужа,ни работы,отношения замечательные.Я всегда чувствовала себя ненужной, хотя так и было.Справилась с этим,не парюсь,в прошлое не заглядываю.
плохо, т.к. еще и живем вместе временно. Просто обе нетерпимы к замечаниям со стороны, но очень любим давать их.
хи хи)) у моей все чашки по порядку должны висеть и вилку не дай боже не в тот отсек поставишь))) Оставила ложку, она мне еще нужна, через секунду убрала еще и с претензией..
честно тяжело, хочется от нее доброго слова, поддержки... а этого не было и нет, все, что я делала критиковалась, держала меня возле юбки, когда я взбунтовалась начались оскорбления, последней каплей было - дочь у тебя нет своего мнения.
Поэтому я прекратила всякое общение и о чудо, я отличная мать, жена, хозяйка. И окружающие видят во мне личность.
Поэтому я прекратила всякое общение и о чудо, я отличная мать, жена, хозяйка. И окружающие видят во мне личность.
МАМА, СТОП!
Женщина пришла к Богу, чтобы задать только один вопрос:
- Господи, почему я стараюсь жить по совести и по законам, никого не обижаю, со всеми мягка и приветлива, много работаю, а счастья все нет и нет?
- А ты как думаешь, почему? – спросил Господь.
- Это из-за мамы. У меня была очень жесткая мама. Она никогда меня не ласкала, не хвалила, не одобряла, не поддерживала, только критиковала, оскорбляла, унижала и ругала. Я никогда не могла ей довериться, потому что она высмеивала меня и рассказывала мои детские тайны всем, да еще со своими ироническими комментариями. Она давила меня и загоняла в жесткие рамки, мне даже дышать трудно было. Она ограничивала мою свободу и не давала мне воли. Она навязывала мне свои правила и запрещала многое. Мне даже плакать запрещалось!
- Ты пыталась со всем этим что-то сделать? – с любопытством спросил Бог.
- Я старалась, очень старалась, но сейчас думаю, что все это было тщетно, — печально ответила она. – Я все время пыталась доказать маме, что многое могу. Я отлично училась, работала не за страх, а за совесть, помогала людям, я изо всех сил старалась быть хорошей девочкой, чтобы мама меня оценила и сказала: «Ну, вот теперь ты молодец, и я горжусь тобой».
- Ты добилась цели?
- Нет. Прошло много лет, но ничего не изменилось. Она по-прежнему недовольна мною, и все время старается меня зацепить, унизить, расстроить. Она все такая же. И ее слова и поступки ранят меня все так же больно.
- Это значит, что и ты все такая же, — объяснил Господь. – Какая была, такая и есть. Ты – Жертва. А если есть Жертва, обязательно должен появиться и Тиран. Для тебя эту роль согласилась выполнить твоя мама.
- Но я давно уже не ребенок! Я выросла! – возразила женщина, казавшаяся уязвленной. – Почему же в моей жизни Тиранов стало еще больше? Меня тиранят все кому не лень: мама, начальники, даже сослуживцы!
- Потому что ты все еще не принимаешь ответственность на себя, ищешь виноватых и обижаешься на маму и на меня за то, что мы сделали тебя слабой. Ну так мы не против – стань сильной!
- Я уже другая, я прожила полжизни, родила своих детей, я изменилась, я достигла определенных успехов!
- Ничего не изменилось! И все твои достижения теряют ценность, потому что они совершались не из чистых побуждений.
- А из каких же? – оскорбилась и поразилась она.
- Из соображений гордыни. Мама тебя унижала – ты хотела над ней возвыситься. Мама тебя критиковала – тебе хотелось ей доказать, что ты не такая. Ты не чувствуешь себя счастливой, потому что твоя конечная цель была заведомо недостижимой. Ты не хотела измениться сама, ты хотела, чтобы изменилась мама.
- Да, пожалуй, ты прав, — подумав, сказала женщина. – Наверное, так и есть. Но я все равно не понимаю: почему она со мной так поступала? За что? Что я ей сделала?
- Ничего. В том-то и дело, что ты ей ничего не сделала. Наверное, она ждала от тебя чего-то особенного?
- Чего же?
- А давай спросим ее Душу! – предложил Господь и щелкнул пальцами. Тут же рядом возник образ матери – почти как живой, только полупрозрачный. Господь обратился к ней:
- Здравствуй, Душа. Ко мне пришла твоя дочь. Она спрашивает: почему ты воспитывала ее именно так, как ты это делала? Что ты хотела ей дать?
- Я хотела дать ей силу. Она росла такой слабой, такой неприспособленной, и совершенно не умела постоять за себя. В отношениях со мной она должна была научиться защищать границы своего личного пространства. Она должна была закалиться и разрешить себе быть жесткой, когда это надо, научиться говорить «нет» и прямо заявлять о своих интересах. Я до сих пор не вижу результата, но буду пробовать еще и еще. Это то, что я должна и хочу дать моей дочери, чтобы она передала по наследству своей, а та — своей. Пусть в нашем роду больше никогда не будет Жертв.
- А ты не боишься, что она может возненавидеть тебя?
- Я этого добиваюсь. Потому что разрешив себе ненавидеть, она научится и любить. Пока же она умеет только жалеть – себя и других, таки же слабых, как она, и на это уходит вся ее жизненная сила. Она не позволяет себе даже жаловаться, накапливая невыплаканные слезы, и от этого все больше слабеет. Что же она сможет передать по наследству своим дочерям?
- Чего же ты ждешь от нее?
- Жду, когда в ответ на мои нападки она твердо скажет: «Мама, стоп!». Когда она станет взрослой. Когда Тираны отстанут от нее, потому что будут уважать ее границы. Когда я смогу, наконец, отдохнуть и побыть мамой. Просто мамой…
Женщина пришла к Богу, чтобы задать только один вопрос:
- Господи, почему я стараюсь жить по совести и по законам, никого не обижаю, со всеми мягка и приветлива, много работаю, а счастья все нет и нет?
- А ты как думаешь, почему? – спросил Господь.
- Это из-за мамы. У меня была очень жесткая мама. Она никогда меня не ласкала, не хвалила, не одобряла, не поддерживала, только критиковала, оскорбляла, унижала и ругала. Я никогда не могла ей довериться, потому что она высмеивала меня и рассказывала мои детские тайны всем, да еще со своими ироническими комментариями. Она давила меня и загоняла в жесткие рамки, мне даже дышать трудно было. Она ограничивала мою свободу и не давала мне воли. Она навязывала мне свои правила и запрещала многое. Мне даже плакать запрещалось!
- Ты пыталась со всем этим что-то сделать? – с любопытством спросил Бог.
- Я старалась, очень старалась, но сейчас думаю, что все это было тщетно, — печально ответила она. – Я все время пыталась доказать маме, что многое могу. Я отлично училась, работала не за страх, а за совесть, помогала людям, я изо всех сил старалась быть хорошей девочкой, чтобы мама меня оценила и сказала: «Ну, вот теперь ты молодец, и я горжусь тобой».
- Ты добилась цели?
- Нет. Прошло много лет, но ничего не изменилось. Она по-прежнему недовольна мною, и все время старается меня зацепить, унизить, расстроить. Она все такая же. И ее слова и поступки ранят меня все так же больно.
- Это значит, что и ты все такая же, — объяснил Господь. – Какая была, такая и есть. Ты – Жертва. А если есть Жертва, обязательно должен появиться и Тиран. Для тебя эту роль согласилась выполнить твоя мама.
- Но я давно уже не ребенок! Я выросла! – возразила женщина, казавшаяся уязвленной. – Почему же в моей жизни Тиранов стало еще больше? Меня тиранят все кому не лень: мама, начальники, даже сослуживцы!
- Потому что ты все еще не принимаешь ответственность на себя, ищешь виноватых и обижаешься на маму и на меня за то, что мы сделали тебя слабой. Ну так мы не против – стань сильной!
- Я уже другая, я прожила полжизни, родила своих детей, я изменилась, я достигла определенных успехов!
- Ничего не изменилось! И все твои достижения теряют ценность, потому что они совершались не из чистых побуждений.
- А из каких же? – оскорбилась и поразилась она.
- Из соображений гордыни. Мама тебя унижала – ты хотела над ней возвыситься. Мама тебя критиковала – тебе хотелось ей доказать, что ты не такая. Ты не чувствуешь себя счастливой, потому что твоя конечная цель была заведомо недостижимой. Ты не хотела измениться сама, ты хотела, чтобы изменилась мама.
- Да, пожалуй, ты прав, — подумав, сказала женщина. – Наверное, так и есть. Но я все равно не понимаю: почему она со мной так поступала? За что? Что я ей сделала?
- Ничего. В том-то и дело, что ты ей ничего не сделала. Наверное, она ждала от тебя чего-то особенного?
- Чего же?
- А давай спросим ее Душу! – предложил Господь и щелкнул пальцами. Тут же рядом возник образ матери – почти как живой, только полупрозрачный. Господь обратился к ней:
- Здравствуй, Душа. Ко мне пришла твоя дочь. Она спрашивает: почему ты воспитывала ее именно так, как ты это делала? Что ты хотела ей дать?
- Я хотела дать ей силу. Она росла такой слабой, такой неприспособленной, и совершенно не умела постоять за себя. В отношениях со мной она должна была научиться защищать границы своего личного пространства. Она должна была закалиться и разрешить себе быть жесткой, когда это надо, научиться говорить «нет» и прямо заявлять о своих интересах. Я до сих пор не вижу результата, но буду пробовать еще и еще. Это то, что я должна и хочу дать моей дочери, чтобы она передала по наследству своей, а та — своей. Пусть в нашем роду больше никогда не будет Жертв.
- А ты не боишься, что она может возненавидеть тебя?
- Я этого добиваюсь. Потому что разрешив себе ненавидеть, она научится и любить. Пока же она умеет только жалеть – себя и других, таки же слабых, как она, и на это уходит вся ее жизненная сила. Она не позволяет себе даже жаловаться, накапливая невыплаканные слезы, и от этого все больше слабеет. Что же она сможет передать по наследству своим дочерям?
- Чего же ты ждешь от нее?
- Жду, когда в ответ на мои нападки она твердо скажет: «Мама, стоп!». Когда она станет взрослой. Когда Тираны отстанут от нее, потому что будут уважать ее границы. Когда я смогу, наконец, отдохнуть и побыть мамой. Просто мамой…
Мнения, изложенные в теме, передают взгляды авторов и не отражают позицию Kidstaff
Тема закрыта
Похожие темы:
Комментарии к ответу