это сейчас реально ситуация очень плохая или нагнетают? как думаете?

Да. Так напомню, на выборы приглашали и активно болеющих коронавирусом (в закрытое помещение, преимущественно школы (!!!)) и предлагали как защиту отдельную кабинку, обтянутую жовто-блакытной тканюшкой (какая защита).
Где были речи о волонтерах тогда?

чтобы снимать, что там пусто. до вас как-то туго доходит, не пишите мне

В пятницу я была уверена, что хуже быть уже не может. За день мы выдали рекордное количество концентраторов и СРАР. К вечеру стало понятно, что весь месячный лимит бонусов от Новой Почты мы вычерпали за первые десять дней. Что личка забита, а телефоны красные и мы не знаем что делать дальше.

И что рубеж в 1 000 строчек в ’ковидной’ выдаче аппаратов ненавязчиво пройден. 1000 строчек - это не 1000 людей. Это +1, +2, иногда даже +5 . Кстати, ’юбилейная’ тысячная строчка - это 93-летняя женщина, которую не могут положить в больницу.

В субботу мы поняли, что хуже вполне может быть. Потому что валом пошли звонки от тех, кого уже выписали, сунув наш телефон в зубы с обещанием, что тут дадут концентратор. Прямо в субботу. И от тех, кого невозможно положить в больницу. И от тех, кто орендовал концентратор за деньги, не рискуя нас беспокоить, но иссяк.

В воскресенье я до обеда отключила телефон, задернула шторы и спала, пытаясь справиться с головной болью. Ни темнота, ни тишина не принесли облегчения. Стакан вина, кстати, тоже. Потом я включила телефон и захотела тут же его выключить опять.

....Меня уже выписали, я не могу дышать
....Нас не кладут в больницу, у папы Паркинсон
.... У мамы ковид и Альцгеймер
.... Врач дал Ваш телефон
.... Соседка подсказала, Вы ей помогли.
.... Помогите.
.... Помогите.
.... Помогите.

От первого утреннего звонка я захотела разбить телефон об стенку. Только что б ничего больше не слушать про кислород. И испугалась еще больше. Звонила Оксана Сухорукова. С которой мы прошли все, что только можно себе представить. Железобетонная. Танк в юбке. Любые проблемы делали ее всегда только злее и эфективнее. На мои попытки жаловаться на жизнь, она всегда реагировала задорным пинком под зад в направлении цели. И, надо сказать, это работало.

Сегодня она позвонила меня пожалеть. По роду деятельности она знает о ситуации не хуже меня. И хорошо представляет чем нас сейчас захлестнуло. И ее желание пожалеть меня, напугало меня сильнее, чем все, что было до этого. Больше, чем собственное бессилие. Больше, чем беспристрасная статистика от Evgeny Istrebin. Больше, чем два десятка криков о помощи в личке, на которые я не знаю что ответить. Больше, чем почти миллионный долг перед поставщиком.

Собственно, после этого все остальное воспринималось как само собой разумеющееся. Один сплошной кошмар, сливающийся в комок боли. Чужой, но от этого не менее осязаемой.

В обед пишет женщина, просит концентратор и СРАР для родителей в тернопольской области. Цифры в справке пугают. Перезваниваю спросить понимает ли она, что аппаратура просто не успеет доехать. Понимает. Она врач в одной из киевских реанимаций. Но у нее нет вариантов. Госпитализировать некуда.

К вечеру перезванивает и просит отправить только для мамы. У папы пульс не прощупывается.
- Вы можете сесть в машину и ехать к ним? Я все с собой дам.
- Нет. Я на дежурстве в реанимации. Папе уже ничем нельзя помочь. А больных мне не на кого оставить. Вы маме поможете?

Сегодня соучредителем фонда впервые обсудили возможность обанкротить фонд. Долг растет и будет расти. Это мы отчетливо понимаем. Люди продолжают задыхаться. И мы это не можем остановить. Можем только пытаться спасти хоть кого-то. И больше ничего.

По состоянию на вечер у меня опять осталось всего пара штук. Это даже с учетом того, что что-то за сегодня вернули и что очередной десяток я купила в бесконечный кредит.

Извините, короче, но судя по всему, мне срочно надо еще пару миллионов.

Да. Так напомню, на выборы приглашали и активно болеющих коронавирусом (в закрытое помещение, преимущественно школы (!!!)) и предлагали как защиту отдельную кабинку, обтянутую жовто-блакытной тканюшкой (какая защита).
Где были речи о волонтерах тогда?

потому что в постановке не будет учувствовать главврач, медперсонал и милиция, которая пыталась им за это пришить дело. да и смысла этим журналистам врать нет.
постановка у вас в телевизоре

По сравнению с Украиной крошечное.
В моем городке на 100 000 жителей было 7 на ивл, так объявили комендантский час, запрет на встречи с кем-то вне семьи даже на улице, и поход за покупками только отдельно или муж, или жена.

Конечно а потом их главврач пропустил.
Вы понимаете что такое постановочная съёмка?
Это когда из нескольких съёмок склеивают один ролик.
И м чего вы взяли что это действительно был главврач этого отделения?
А не постановка и просто приклейка кадра с вывеской?
Если вы верите в такие ролики то вы ещё более наивы чем те кто зомбоящику верят.

какие выводы напрашиваются тут? если бы реально там были больные смертельным заразным вирусом, то да, логично, что никого не пускали бы. но этих больных нет. потому там даже врачи по отделению ходят без масок. но по статистике эта больница числится как с 100% заполненностью коек. и так ещё 20 больниц как минимум в красной зоне. вот эту брехню сняли и показали журналисты, за что им спасибо

Не все делают тесты. И часто делают 1 тест на семью.

они вели прямую трансляцию с больницы сразу в фейсбук. жаль, что вы так упорно это отрицаете и сочиняете какую-то ахинею про постановку

так я фоп открывала в августе, накушалась уже Дией.
Она сырая ооочень (((

в операционные никто не ходил. снимали по коридору пустые открытые палаты, где якобы должны лежать ковидные

а они всё равно зашли и сняли видео. потом за ними вызвали полицию, но они успели показать главное - там пусто

нет это говорит всего лишь о недоверии людей к власти, койкоместа в больницах сокращают, а потом сами говорят, что не хватает... кислород можно было 10 раз закупить, обеспечить медперсонал качественными прививками и средствами защиты, времени для этого было предостаточно, а тут опять 25...

С чего вы взяли что не будут или что это действительно главврач и медперсонал и полиция?
У нас статистов набирают каждый день на эпизодические роли полиции, медработников и пациентов .

Я ж говорю что вы ещё более наивны чем те кто верят зомбоящику.

А зачем вы лепите отдельный городок и увиливаете? Или вы думаете, что это тайна за семью печатями? Так открою вам секрет: на сайте ВОЗа они в открытом доступе и там далеко не крошечные цифры

прямой эфир шёл более 5 часов, я смотрела весь. продолжайте дальше думать, что больницу и отдел полиции нарисовали в фотошопе .
зато по телевизору вам чистую правду рассказывают

А точно снимали именно те палаты, где должны лежать ковидные?

А может, эти ’журналисты’ чисто случайно так этажом ошиблись?

Вы типа вчера родились, не знаете, как хайповые сюжеты снимаются?

вы понимаете, что такое прямой эфир и профессиональный видеомонтаж? или абы шо ляпнуть не в тему?

не ошиблись, они не тупые. хайп им точно не нужен, потому что такие видео быстро удалятся. и бараны всё равно не поверят

Директором

Вы в этой больнице лично лежали? Точно знаете, что это именно отделение для ковидных? С таким успехом он по хирургии мог ходить

В пятницу я была уверена, что хуже быть уже не может. За день мы выдали рекордное количество концентраторов и СРАР. К вечеру стало понятно, что весь месячный лимит бонусов от Новой Почты мы вычерпали за первые десять дней. Что личка забита, а телефоны красные и мы не знаем что делать дальше.

И что рубеж в 1 000 строчек в ’ковидной’ выдаче аппаратов ненавязчиво пройден. 1000 строчек - это не 1000 людей. Это +1, +2, иногда даже +5 . Кстати, ’юбилейная’ тысячная строчка - это 93-летняя женщина, которую не могут положить в больницу.

В субботу мы поняли, что хуже вполне может быть. Потому что валом пошли звонки от тех, кого уже выписали, сунув наш телефон в зубы с обещанием, что тут дадут концентратор. Прямо в субботу. И от тех, кого невозможно положить в больницу. И от тех, кто орендовал концентратор за деньги, не рискуя нас беспокоить, но иссяк.

В воскресенье я до обеда отключила телефон, задернула шторы и спала, пытаясь справиться с головной болью. Ни темнота, ни тишина не принесли облегчения. Стакан вина, кстати, тоже. Потом я включила телефон и захотела тут же его выключить опять.

....Меня уже выписали, я не могу дышать
....Нас не кладут в больницу, у папы Паркинсон
.... У мамы ковид и Альцгеймер
.... Врач дал Ваш телефон
.... Соседка подсказала, Вы ей помогли.
.... Помогите.
.... Помогите.
.... Помогите.

От первого утреннего звонка я захотела разбить телефон об стенку. Только что б ничего больше не слушать про кислород. И испугалась еще больше. Звонила Оксана Сухорукова. С которой мы прошли все, что только можно себе представить. Железобетонная. Танк в юбке. Любые проблемы делали ее всегда только злее и эфективнее. На мои попытки жаловаться на жизнь, она всегда реагировала задорным пинком под зад в направлении цели. И, надо сказать, это работало.

Сегодня она позвонила меня пожалеть. По роду деятельности она знает о ситуации не хуже меня. И хорошо представляет чем нас сейчас захлестнуло. И ее желание пожалеть меня, напугало меня сильнее, чем все, что было до этого. Больше, чем собственное бессилие. Больше, чем беспристрасная статистика от Evgeny Istrebin. Больше, чем два десятка криков о помощи в личке, на которые я не знаю что ответить. Больше, чем почти миллионный долг перед поставщиком.

Собственно, после этого все остальное воспринималось как само собой разумеющееся. Один сплошной кошмар, сливающийся в комок боли. Чужой, но от этого не менее осязаемой.

В обед пишет женщина, просит концентратор и СРАР для родителей в тернопольской области. Цифры в справке пугают. Перезваниваю спросить понимает ли она, что аппаратура просто не успеет доехать. Понимает. Она врач в одной из киевских реанимаций. Но у нее нет вариантов. Госпитализировать некуда.

К вечеру перезванивает и просит отправить только для мамы. У папы пульс не прощупывается.
- Вы можете сесть в машину и ехать к ним? Я все с собой дам.
- Нет. Я на дежурстве в реанимации. Папе уже ничем нельзя помочь. А больных мне не на кого оставить. Вы маме поможете?

Сегодня соучредителем фонда впервые обсудили возможность обанкротить фонд. Долг растет и будет расти. Это мы отчетливо понимаем. Люди продолжают задыхаться. И мы это не можем остановить. Можем только пытаться спасти хоть кого-то. И больше ничего.

По состоянию на вечер у меня опять осталось всего пара штук. Это даже с учетом того, что что-то за сегодня вернули и что очередной десяток я купила в бесконечный кредит.

Извините, короче, но судя по всему, мне срочно надо еще пару миллионов.

я видела это в тролльной методичке ещё в марте 2020. хоть бы слова местами поменяли что ли

Сами набирали с методички или вам уже её в цифровой перевели?
Надоело поэмы читать...

Так что там было пять часов если их выгнали?

у нас такой же закон. более того, приняли недавно ещё один, за ужесточение наказания за препятствование работе журналистов